Ксюша проснулась от того, что по пальцам ног пробежал легкий, едва ощутимый холодок. Ноябрь! Вот сейчас. Последние пять секунд, и на постель запрыгнет Шарль, начнет  тереться и требовать ласки, а потом и еды. Она станет стряхивать с носа его серую шёрстку и потихонечку  проснется. И понесется – дежурство, белый халат, дребезжащая скорая, серозный менингит, запущенная скарлатина, двустороннее воспаление легких… С этим серым будильником проспать просто невозможно. Три секунды, две, одна.  И… где он?

Ксения нехотя приоткрыла левый глаз и сразу все вспомнила. Незнакомые снежно-белые простыни тончайшего шелка, мебель из гевеи и серебряный поднос с фруктами. А холодит вовсе не ноябрьское московское утро, а высококлассный кондиционер.

Шарля рядом не было — остался в Москве под присмотром соседки. Серёжи тоже — должно быть, бегает.

Она потянулась и соскочила с кровати. На диване роскошного номера без всяких проблем нашёлся так небрежно сброшенный вчера купальник. А другой одежды в Тае и не надо! Ну, разве что легкое цветастое парео или джинсовые шортики для выхода в город.

Ксюша легко выскочила из ледяного номера на террасу и всей кожей ощутила Тайланд.

Прямо перед ней простиралась узкая полоска пляжа, а дальше – бескрайнее Андаманское море. Она зажмурилась от удовольствия, вспоминая вчерашнюю ночь. Вот уже несколько часов Ксюша официально была замужней женщиной. Регистрация состоялась вчера, в московском загсе. А потом Протвинские вместе со своими немногочисленными гостями сели на самолет и спустя каких-то восемь часов приземлились в экзотическом Тайланде.

Здесь сегодня состоится их свадебная церемония по местным обычаям. Будут и восточные цветы, и буддийские монахи. Это была идея Сержа.

Месяц назад они объявили друзьям, что собираются пожениться.

-А свадьба? Вы уже знаете, чего хотите? – моментально поинтересовалась Маша, лучшая Ксюшина подруга. Каких-то семь месяцев назад Ксения была свидетельницей на её свадьбе. И, по правде говоря, после роскошного торжества на триста гостей с пароходом, фейерверком и платьем, которое шила жена арабского посла ей самой хотелось чего-то очень скромного.

-Свадьба? – Серж обернулся к молодой невесте и притворно нахмурился. – Ты хочешь свадьбу?

Сам он пережил уже две. И столько же разводов.

-Ну… Если  честно, я хотела бы пригласить человек десять.  – он уже не хмурился, а смотрел на неё насмешливо-снисходительно. — И платье…

-Ксюша заслуживает самого лучшего свадебного платья, которое только есть! – поспешила внести свою лепту Маша.

Серж вздохнул и обвел взглядом Ксюшу и её молодых друзей, которые, надо сказать, уже успели завоевать его симпатию.

-Ладно. Пятнадцать человек…

-Платье! – опять напомнила Маша, не жалавшая оставлять подругу без достойного подвенечного наряда.

-Платье, — снова согласился Сергей. – И в Тайланд!

-Ты серьезно??? –опешили все разом.

-Серьезно. Уж если устраивать праздник, так для всех.

Оставалось обзвонить самых близких и сообщить потрясающую новость: она выходит замуж. И не где-нибудь, а в Тайланде. Все расходы за счет жениха.

 

Ближе к обеду гостей пригласили в чайную комнату. Крошечные бессловесные тайки украшали петлички мужчин цветами, а женщины с удовольствием вплетали их в волосы.

В воздухе витал волшебный аромат цветка тиаре.

Мама Ксюши, Людмила Ивановна, пребывала в полной уверенности, что ей это снится.

-Как вы считаете, есть шанс, что будут жить? – обратилась к ней симпатичная, чуть полноватая женщина, которую Ксюша вчера представила как старшую сестру новоиспеченного зятя. Несмотря на жару, дама куталась в красивую, но слегка старомодную серебристую шаль.

Родителей жениха, как и отца Ксюши, в живых давно не было.

-Надеюсь на это. Хотя для меня всё уж очень неожиданно. Она же ни с кем меня не знакомила, ничего не рассказывала. Я была уверена, что дочь вся в работе. Ну, вы только представьте: молодой врач на скорой. Сплошные дежурства. Полночи на колесах. Когда ж тут о личной жизни думать?

-Как же они будут жить?.. – снова вздохнула сестра жениха. – Он-то привык, что жена все время дома. Лиза вовсе не работала. Да и когда? За ним же как за ребенком. С его характером…

Римма Владимировна осеклась. Ни к чему сдавать родного брата со всеми потрохами. Ведь человек он в сущности неплохой.

-Ну, может, детки пойдут, и наша дома будет сидеть, — пожала плечами Людмила Ивановна, но в её голосе чувствовалась напряжение. – Ксюша детей очень любит, потому и стала педиатром.

-Ну, может и будут жить, — снова вздохнула Римма и сильнее закуталась в шаль.

 

Дверь на террасу была распахнута, кондиционер отключен, и огромный номер наконец-то прогрелся. Ксюша никак не могла смириться с привычкой Сержа спать в холоде. В её крохотной квартирке на окраине обогреватель работал всегда, даже летом. Впрочем, теперь всё это было в прошлом. И съемная холупа на окраине, и прежние привычки.

Верная Маша хлопотала над её прической. От влажного морского воздуха локоны тут же распадались.

-Ничего не получается, — резюмировала Маша. – Но знаешь, по-моему, тебе и так неплохо. Даже, может быть лучше. Естественнее.

Ксения со вздохом посмотрела в зеркало. А что, может, и впрямь ничего. Длинные, блестящие тёмно-каштановые волосы ничем не испортить. А зелёные глаза сейчас сияют ярче любых украшений.

-Всё ясно Машка. Меняем тактику. Тащи сюда воды, масло это их кокосовое и фен.

-Зачем? Пятнадцать минут ведь осталось! Мы не успеем! Это я виновата, надо было тащить тебя в салон!

-Ты же знаешь, как всё тут дорого!

-Да на кой черт тебе его деньги экономить, Ксюха? У него их много и для тебя не жалко, а то бы он нас сюда не привез, это точно.

-Тащи воду! Волосы сейчас просто выпрямим, это пять минут!

Двенадцать минут спустя дверь номера распахнулась и на пороге появилась русская сотрудница отеля Юля, которой предстояло стать распорядителем свадьбы, маленькая тайка-помощница в национальном одеянии и тёмно-шоколадный таец фотограф, который тут же защёлкал фотоаппаратом и что-то довольно защебетал на своем языке.

-Ему очень нравится, — лучезарно улыбнувшись, сообщила Юля.

«Ничего удивительного», — довольно подумала Маша. На подругу нельзя смотреть без восхищения. В этот момент Ксюша позировала, меняя ракурсы, у стойки кровати с балдахином. Пожалуй, сейчас она похожа даже не на настоящую невесту, а на знаменитую модель, которая снимается для свадебного каталога или даже спецального номера какого-нибудь женского журнала. Во время учебы в меде Ксения действительно успела поработать моделью. И для каталогов снималась, и в показах участвовала, но всерьёз этим делом не увлеклась. И на все Машины уговоры отвечала, что лечить детей можно хоть до восьмидесяти пяти, а ходить по подиуму – максимум до двадцати двух. С этим, конечно, не поспоришь. И всё же жалко, когда красота пропадает!

Впрочем, не пропала Ксюшкина красота. Нашелся ценитель. Да какой! Муж подруги Маше нравился, хотя поначалу разница в возрасте смутила и её, и мужа Игоря. Ведь им троим – по двадцать пять, а Сергею – сорок шесть, почти вдвое больше. Но это только сначала. Уже через час общения с Сержем Маша напрочь забыла, сколько ему лет, как наверное, не помнит об этом и Ксюша. Ну что ж, дай Бог.

-А теперь сфотографируйтесь с подружкой невесты, — скомандовала Юля.

 

Свадебная процессия поражала яркостью национальных нарядов. Маленькие тайки танцевали. Мужчины, все как один напоминавшие Джеки Чана в молодости, били в барабаны. А завершал шествие жених в белой марлевке, таких же брюках и мокасинах тончайшей кожи. Белый изумительно оттенял загар.

Людмила Ивановна подумала, что в этот момент зятю можно дать тридцать пять, не больше. Даже она не могла не признать, что дочери достался в мужья роскошный мужчина.

-Эта шаль принадлежала нашей с Сержем матери, — откровенничала тем временем Римма. – Я решила, что если надену её на свадьбу, то и мама будто бы тут побывает. Понимаете?

-Прекрасно понимаю, — согласилась Людмила Ивановна. – Господи Иисусе…

И в этот момент они обе забыли обо всем на свете, потому что увидели… слона. Точнее, это был слоненок, ради праздника наряженный в расшитую золотом попону. А на спине у него с невозмутимым видом восседала Ксения в пышном белоснежном платье. Даже с терассы было видно, как сияют на солнце тёмно-каштановые волосы.

-Да, та-ак Протвинский ещё не женился, — выдохнул муж Риммы Василий Семенович. И остальные гости были с ним, пожалуй, согласны.

Свадебные процессии жениха и невесты двигались навстречу друг  другу, танцующие тайцы напоминали сказочную народность, волшебных южных человечков, а невеста казалась настоящей восточной принцессой. С отдельного постамента на это действо невозмутимо взирали три буддийских монаха в ярко-оранжевых одеяниях.

Когда до встречи жениха и невесты оставалось всего несколько шагов, тайцы забили в барабаны, как показалось Сержу, точно в такт его сердцу. А вот слоненку вдруг стало страшно. От страха он затрубил и бросился бежать.

Невеста чудом удержалась на спине, погонщик бросился следом. Гости соскочили со своих мест.

-Господи!  Держите его!

Серж несся следом за погонщиком. А маленький слон торопился к морю, подальше от толпы и барабанов. Только на берегу он замедлил бег. Погонщик тут же настиг питомца и помог Ксюше спуститься. Он что-то бормотал на тайском, но девушка, конечно, ни слова не понимала. Через мгновение их нагнал запыхавшийся Серж. Следом за ним неслась организатор Юлия. Свадьба явно вышла из-под контроля.

-Как ты? Ты цела?

-Всё в порядке, — отважно улыбнулась перепуганная Ксения. – Я же хотела покататься на слоне.

-Простите ради Бога, просто этот слон никогда раньше не слышал барабанов, вот и испугался, — пояснила Юля.

-Да ничего страшного, — заверила Ксюша. – Это было довольно захватывающе.

Вернувшись на к терассе, погонщик галантно предложил Ксении вновь оседлать слона, но гости разразились возмущёнными криками.

-С ума сошла! Не садись! Убьешься на фиг!

-Ноу элифант! – визжал не говорящий по-английски Василий Семенович.

Дабы не волновать родных, Ксения и Серж поблагодарили погонщика, сфотографировались со слоненком и отпустили их с Богом.

Когда все наконец угомонились и расселись на террасе, настал черед буддийских монахов. Жених и невеста поднесли им заранее приготовленные подарки, а те прочли мантры на родном языке.

Людмила Ивановна не слишком одобряла этот чужеземный обряд, проводимый людьми другой веры, но Серж сумел убедить тёщу, что монахи шепчут лишь добрые пожелания и молятся о счастье молодых. А Бог, он один и неважно, как называют его в этой части света.

Затем началась церемония омовения. Молодых усадили за столик под цветочной аркой на берегу моря. На голову им возложили связанные между собой венки. Теперь жениху и невесте нужно было сложить руки лодочкой, а каждый из гостей подходил к ним, поливал руки из специального сосуда, и пока вода текла, озвучивал свои пожелания молодым.

-Это так неожиданно и я безумно за тебя рад, — заявил машин муж Игорь.

-А ты говорил, что на сайте знакомств нельзя встретить хорошего человека, — Ксюша не упустила случая его подколоть.

-Но я действительно так думал. Серж, береги её. Уверен, что мы подружимся, — теперь он плеснул водой на руки Сергея.

-Ты даже не представляешь, как тебе повезло, — заявила Маша, когда пришла её очередь.

А вечером, в лучах заходящего солнца, они посадили в саду дерево любви. Рядом с десятком таких же небольших деревьев. При каждом была табличка – имена супругов и дата их свадьбы.

-Как красиво, — сказала Римма Людмиле Ивановне. – А вы заметили, как она на него смотрит. Так трогательно. А как он бросился её спасать? Вы видели? Думаю, есть надежда.

И она плотнее запахнула серебристую шаль, а ее брат в этот момент как раз воткнул в землю табличку. «Ксения и Сергей». И дата свадьбы. Последний четверг ноября.